Острые вопросы спектакля «Три высокие женщины»

Пьeсa Эдвaрдa Oлби нa сцeнe рoстoвскoгo нeзaвисимoгo тeaтрa «Чeлoвeк в кубe» с успexoм идeт ужe цeлый гoд. Зa пьeсу «Три высoкиe жeнщины» Oлби пoлучил  Пулитцeрoвскую прeмию зa дрaмaтичeскoe прoизвeдeниe ради тeaтрa. Исслeдoвaтeли твoрчeствa Oлби считaют, чтo пьeсa имeeт пoд сoбoй биoгрaфичeскую oснoву и пoсвящeнa мaтeри писaтeля. Прoстрaнствo тeaтрa «Чeлoвeк в кубe» пoзвoляeт рeжиссeру искaть нoвыe художественные решения. Аудитория сидят по двум сторонам комнаты, а действие происходит натурально между ними, сцены, как таковой, в этом спектакле не имеется, действие выходит за рамки комнаты, некоторые части спектакля происходят хотя (бы) в холле, что весьма приближает зрителя к актерам. Исполнительница одной изо ролей Валерия Василенко рассказала, что такое решение в постановке в (высшей степени сильно меняет восприятие не только зрителя, но и актера. Подчас есть сцена, в классическом понимании, то актер как бы отделен ото зрителя, а когда зритель может фактически коснуться тебя рукой, в таком случае это совершенно другое восприятие. По признаниям самой актрисы, играешь можно подумать голая. Такое решение на сомом деле позволяет удариться в действие полностью, очень трудно оторваться даже чтобы потрепать, когда этого действительно хочется, потому что погружение в вампука происходит полное. О сюжете этой пьесы невозможно рассказать в полной мере, с тем не испортить впечатление от развязки. Поэтому в общих чертах, пред нами на сцене предстают три женщины, одной 26 планирование, второй — 52 года, а третьей 92. Главным действующим персонажем, наверное, можно назвать именно 92 старуху, которая уже в силу возраста легонечко выжила из ума, ее воспоминания путаются, она тысячекратно рассказывает истории, повторяет их, забывает какой сегодня денечек. Женщины ведут между собой странный разговор, который изначально словно каким-то бредовым и лишенным смысла, однако по мере того, сиречь идут рассказы старухи, зритель узнает многое из ее жизни, подробности, истории складываются в общую картину жизни. В пьесе заложено глубокое взаимопонимание судьбы женщины, это честные разговор со зрителем о выборе, о любви, о сексе, о замужестве, о материнстве, о смерти, о трагизме, о смерти. Настоящий спектакль скорее для женской аудитории, поскольку поднимает другие чисто женские темы, но мужчинам, полагаю, будет равным образом интересно, потому что темы и проблемы, которые там поднимаются, жуть жизненные, очень острые. Каждый человек по-разному воспринимает везет, горе, старение, смерть. Режиссер Катерина Рындина нашла немножечко новых, очень удачных решений, которые помогли погрузиться в пьесу пока еще сильнее. В первую очередь — это элементы пластического театра. Постановщик Анна Щипакина помогла передать в танце всю судьбу нежный пол. Пластическими мизансценами наполнен весь спектакль, но особенно много значит обратить внимание на танец, которые открывает действие и закрывает его. Накануне основного действия танец кажется просто интересным, ярким, в котором просматриваются азы жизни женщины, однако многие жесты танца остаются непонятны зрителю. В конце но, когда этот танец повторяется, зритель понимает каждое пластическое трафик актрис, понимает все, что вложила в этот танец постановщик. Это по-настоящему завораживает и является очень мощным финалом. Пока что стоит отметит то, что из оригинальной пьесы был убран сильный персонаж — сын главной героини, но на самом деле дьявол был бы абсолютно лишним в действии, актрисы и без него сумели обнаружить всю полноту действия. Зато появился новый персонаж, у которого в помине (заводе) нет слов — это женщина в красном, роль которой и исполнила постановщик Анна Щипакина. Этот образ авторская находка Рындиной. Девица в красном — это многослойный образ. Это и судьба, и жизнь, и курносая, и мать. Каждый зритель сам решает, что она означает, сообразно движениям, по танцу, который она исполняет. Безупречную пластику Щипакиной впору выделить особо, ее движения завораживают. Актрисы Валерия Василенко, Анночка Кривонос, Мария Клочкова достаточно молоды, однако на их с) (малого возраста и некоторое несоответствие образу перестаешь ощущать, поскольку совершенно маловыгодный нужно, чтобы образ 92-летний старухи воплощала не что иное старуха. Василенко, которая и сыграла капризную старую даму, настоль сильно передала этот образ, что к середине спектакля весь перестаешь видеть молодую девушку, воспринимаешь ее именно точно старуху. Анна Кривонос играет 52-летнюю женщину и равно как замечательно передает прагматизм этого возраста. Мария Клочкова меняет свое фигурант несколько раз за время действия, сначала она по всем вероятностям самой сдержанной и отстраненной, не совсем понятным персонажем, да потом. Ее блестящий монолог о том, как произошел ее застрельщик сексуальный опыт — это нечто потрясающее, несмотря на ведь, что большую часть монолога она сидит на стуле, задом к зрителю и рассказывает, буквально упивается своими воспоминаниями. От сего серьезно идут мурашки по всему телу. Этот постановка заставляет зрителя после просмотра остаться наедине с такими мыслями и рассуждениями, которые род (человеческий в основном предпочитают не затрагивать даже ведя внутренний собеседование.